Священник павел флоренский, биография

священник Павел Флоренский

священник Павел Флоренский (9.01.1882–8.12.1937)

Павел Флоренский появился на свет 9 января 1882 года, в пределах местечка Евлах (Азербайджан). Он был первым ребёнком в семье.

Его отец, Александр Иванович, сын врача, русский, занимал должность инженера путей сообщения, строил мосты и дороги на территории Закавказья.

Мать, Ольга Павловна (армянское имя — Саломия), принадлежала к древнему армянскому роду, поселившемуся в свое время на Грузинской земле.

Обратите внимание

Во время рождения и младенчества сына отец занимался строительством одного из участков железной дороги, и жить приходилось в товарных вагонах, для комфорта обитых коврами.

Осенью 1882 года семья Флоренских перебралась в Тифлис.

Супруги, несмотря на взаимную любовь, придерживались разных вероисповеданий (Ольга Павловна была последовательницей армяно-григорианского религиозного направления).

Между тем, в соответствии с волей отца, первенец был крещен в Православной церкви (по другим данным, православным священником на дому). Имя Павел было дано ему в честь святого апостола Павла.

Семья Флоренских, где помимо старшего ребёнка воспитывалось ещё шесть детей, не отличалась строгим христианским укладом, не имела обычая регулярно посещать храмовые богослужения. Жили достаточно замкнутой жизнью.

Гости беспокоили их крайне редко. Родители охотно занимались воспитанием и образованием своих чад, но поскольку в доме Флоренских было множество книг, то Павел имел все возможности заниматься и самообразованием.

Поступив в гимназию, он, благодаря способностям и усердию, быстро вошёл в число первых учеников и выпустился золотым медалистом. В тоже время, как это следует из его воспоминаний, в религиозном отношении он чувствовал себя полным дичком, ни с кем не общался на богословские темы и даже не знал, как нужно правильно креститься.

Нравственный перелом

В семнадцатилетнем возрасте, Павел всерьёз осознал, что без веры, без тех высших знаний, что преподаны в Сверхъестественном Откровении, Истину не постичь. В этот период он испытал серьёзный психологический кризис.

В 1899 году, ночью, во время сна, он, вдруг, почувствовал себя словно бы заживо погребенным в рудниках, ощутил невозможность выйти из тьмы. Это ощущение длилось до тех пор, пока некий таинственный луч не принёс ему имени «Бог». Павел воспринял ночное явление как указание, что спасение — в Боге.

Другой загадочный случай произошёл несколько позже. Тогда он был разбужен силой какого-то необычного духовного толчка. Выскочив от неожиданности во двор, он услышал звук громкого голоса, дважды произнесший его имя.

На пути к священнослужению

В 1900 году Павел, повинуясь воле родителей, поступил в Московский университет, на физико-математический факультет, а в 1904 году с отличием окончил его.

Наряду с изучением специальных дисциплин, он увлекался и философией, и историей искусств.

По окончании Московского университета ему было предложено остаться при нём, но он, вопреки предложению и протесту родителей, поступил в Московскую духовную академию.

Важно

Этому событию предшествовало знакомство со старцем, епископом Антонием (Флоренсовым). Желая скрыться от мирской суеты и соблазнов, посвятить себя Богу, Павел стал испрашивать у него благословения на вступление в монашество.

Как ни велик и спасителен монашеский путь, но старец, зная как угодить Богу, посоветовал Павлу не следовать за душевным порывом, но получить надлежащее образование, поступив в Московскую духовную академию.

В том же году он послушно исполнил эту рекомендацию.

За время обучения в академии с П. Флоренским произошёл и такой случай. В марте 1906 года, когда страна была охвачена бунтарскими настроениями, он выступил в храме при академии с призывом к народу не становиться на путь кровопролития, братоубийства. При этом он не преминул указать на смертную казнь как на дело безбожное.

Ввиду того, что эта речь была издана, не имея предварительного согласования с цензором и имея политический окрас, действия студента Флоренского оценили как незаконную политическую акцию и заточили на три месяца в тюрьму. Лишь вмешательство духовного начальства, выступившего с ходатайством, избавило его от участи узника.

В 1908 году, успешно окончив обучение, Павел Александрович остался в академии преподавателем философии. В 1914 году он защитил магистерскую диссертацию, а со временем получил звание профессора.

П. Флоренский не оставлял мыслей о монашеском подвиге, но его духовник наотрез отказывался дать ему соответствующее благословение. Вместе с тем, безбрачное состояние затрудняло для Павла и путь ко священству, о чём он тоже задумывался.

И вот, Промысл Божий свёл его с девушкой из крестьянской семьи, Гиацинтовой Анной Михайловной, отличавшейся скромностью и простотой нрава. В 1910 году П. Флоренский заключил с ней брачный союз. Анна Павловна явила собой пример надёжной супруги и матери.

Она горячо любила и своего мужа, и пятерых, родившихся в браке, детей.

https://www.youtube.com/watch?v=Bto3riys4S8

В апреле 1911 года Павел Флоренский был посвящён в иерея. Поначалу он служил как сверхштатный священник, в храме, расположенном близ Троицко-Сергиевой Лавры, затем в Покровском храме при академии. Наконец, он был определен для служения в домовой церкви при приюте для престарелых сестер милосердия. Отец Павел трудился там вплоть до закрытия приюта в 1921 году.

С 1912 по 1917 год он работал редактором в известном издании «Богословский Вестник».

Послереволюционный период

С наступлением кровавого революционного хаоса, трансформацией государственной и политической системы, в стране развернулись гонения на Церковь, последовали расправы над духовенством.

Отношение отца Павла к событиям, связанным с Октябрьской революцией и её неизбежными следствиями, было неоднозначным.

С одной стороны, он выказывал некоторую лояльность тем политическим преобразованиям, которые совершились после Февральских событий, но с другой стороны, он, конечно же, не мог относиться спокойно ни к широкомасштабной атеистической пропаганде, ни к насилию в отношении верных чад Церкви.

Совет

Первые годы советской власти отец П. Флоренский работал в комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры. Благодаря его личному участию (и участию других членов комиссии, неравнодушных к расхищению и истреблению ценностей) многое было сохранено.

Примечательно, что когда власти намеревались совершить очередное святотатство — изъять мощи преподобного Сергия (согласно формальному предлогу, для того, чтобы перенести их в музей), — отец Павел, руководствуясь совестью и патриаршим благословением, совместно с графом Ю. А. Олсуфьевым, скрыл от поругания честную главу. Действовали они тайно, на свой страх и риск. Факт изъятия завуалировали, подменив главу Сергия другой, взятой из подклетий собора.

После закрытия Троице-Сергиевой Лавры отец Павел сменил несколько рабочих мест. Одним из них было место профессора при Высших художественно-технических мастерских.

Какое-то время он трудился консультантом при заводе «Карболит», а затем руководил испытаниями и научными исследованиями. В период с 1922 по 1923 год П. Флоренский возглавлял отдел материаловедения при ГЭЭИ.

За время работы в качестве научного специалиста, он достиг определенных успехов, совершил ряд научных открытий, сделал несколько изобретений.

Отмечают, что отец Павел долгое время ходил на работу в подряснике, что, конечно же, при всём уважении к нему как к специалисту, не могло не вызывать у руководства глубокого недовольства, раздражения. Но такова была его принципиальная пастырская позиция. Известно, что у П. Флоренского была возможность эмигрировать из СССР, однако он посчитал своим нравственным долгом остаться.

В 1928 году отец Павел попал в поле зрения правоохранительных органов по Сергиевопосадскому делу и был арестован. Правда, на этот раз заключение было недолгим. Очередной арест, связанный с делом о контрреволюционной организации, состоявшийся в феврале 1933 года, закончился строгим приговором: заключить в ИТЛ сроком на 10 лет.

Обратите внимание

Поначалу заключенного отправили по этапу в лагерь «Свободный», в восточной Сибири. Позже его определили в БАМЛАГ, в научно-исследовательский отдел. Там он занимался изучением возможностей строительства объектов в условиях мерзлоты. В ноябре 1934 года П. Флоренского доставили на Соловки. Здесь он был привлечен к проблематике добычи йода из водорослей.

В 1937 году отца Павла Флоренского этапировали в Ленинград. 8 декабря 1937 года года его расстреляли.

Творческое наследие

Как священник и как представитель интеллигенции отец Павел Флоренский явился автором многочисленных работ, в том числе, связанных с научно-технической деятельностью.

Что касается его богословских произведений, не все они признаются бесспорными. Между тем, ввиду глубоких и содержательных мыслей, они занимают видное место и могут быть полезны современному читателю.

Среди его трудов можно выделить: Столп и утверждение истины, Иконостас, О терафимах. Что такое идолы Лавана, и с какой целью Рахиль похитила их у отца? (Предисл., публикация и примеч. А. В. Пономарева), Проповеди, Стихотворения, Все думы – о Вас.

Источник: https://azbyka.ru/otechnik/Pavel_Florenskij/

Павел Флоренский – биография, информация, личная жизнь

Павел Александрович Флоренский. Родился 22 января 1882 года в Евлахе, Елисаветпольская губерния – умер 8 декабря 1937 года (захоронен под Ленинградом). Русский православный священник, богослов, религиозный философ, учёный, поэт.

Павел Флоренский родился 9 января в местечке Евлах Елизаветпольской губернии (ныне Азербайджан).

Отец Александр Иванович Флоренский (30.9.1850 – 22.1.1908) – русский, происходил из духовного звания; образованный культурный человек, но утративший связи с церковью, с религиозной жизнью. Работал инженером на строительстве Закавказской железной дороги.

Мать – Ольга (Саломэ) Павловна Сапарова (Сапарьян) (25.3.1859 – 1951) принадлежала к культурной семье, происходившей из древнего рода карабахских армян.

Бабушка Флоренского была из рода Паатовых (Пааташвили). Семья Флоренских, как и их армянские родственники, имели поместья в Елисаветпольской губернии, где во время волнений укрывались местные армяне, спасаясь от натиска кавказских татар. Таким образом карабахские армяне сохраняли свое наречие и особые нравы.

В семье было ещё два брата: Александр (1888-1938) – геолог, археолог, этнограф и Андрей (1899-1961) – конструктор вооружения, лауреат Сталинской премии; а также сестры: Юлия (1884-1947) – врач психиатр-логопед, Елизавета (1886-1967) – в замужестве Кониева (Кониашвили), Ольга (1892-1914) – художник-миниатюрист и Раиса (1894-1932) – художник, участник объединения «Маковец».

В 1899 году окончил 2-ю Тифлисскую гимназию и поступил на физико-математический факультет Московского университета. В университете знакомится с Андреем Белым, а через него с Брюсовым, Бальмонтом, Дм. Мережковским, Зинаидой Гиппиус, Ал. Блоком. Печатается в журналах «Новый путь» и «Весы». В студенческие годы увлёкся учением Владимира Соловьёва и архимандрита Серапиона (Машкина).

По окончании университета, по благословению епископа Антония (Флоренсова), поступает в Московскую духовную академию, где у него возникает замысел сочинения «Столп и утверждение истины», которую он завершил к концу обучения (1908) (удостоен за эту работу Макариевской премии). В 1911 принимает священство. В 1912 году назначается редактором академического журнала «Богословский вестник» (1908).

Флоренский был глубоко заинтересован скандально известным «делом Бейлиса» – фальсифицированным обвинением еврея в ритуальном убийстве христианского мальчика.

Он публиковал анонимные статьи, будучи убеждённым в истинности обвинения и действительности употребления евреями крови христианских младенцев. Взгляды Флоренского при этом эволюционировали от христианского антииудаизма до расового антисемитизма.

Важно

По его мнению «даже ничтожной капли еврейской крови» достаточно для того, чтобы вызвать «типично еврейские» телесные и душевные черты у целых последующих поколений.

События революции воспринимает как живой апокалипсис и в этом смысле метафизически приветствует, но философски и политически всё более склоняется к теократическому монархизму.

Сближается с Василием Розановым и становится его духовником, требуя отречения от всех еретических трудов. Пытается убедить власти, что Троице-Сергиева лавра – величайшая духовная ценность и не может сохраниться как мёртвый музей.

На Флоренского поступают доносы, в которых он обвиняется в создании монархического кружка.

С 1916 по 1925 годы П. А. Флоренский написал ряд религиозно-философских работ, включая «Очерки философии культа» (1918), «Иконостас» (1922), работает над воспоминаниями. В 1919 году П. А.

Флоренский пишет статью «Обратная перспектива», посвящённую осмыслению феномена данного приёма организации пространства на плоскости как «творческого импульса» при рассмотрении иконописного канона в ретроспективном историческом сопоставлении с образцами мирового искусства, наделёнными свойствами таковой; в числе прочих факторов, прежде всего указывает на закономерность периодического возврата к применению художником обратной перспективы и отказа от неё сообразно духу времени, историческим обстоятельствам и его мировоззрению и «жизнечувствию».

Наряду с этим он возвращается к занятиям физикой и математикой, работая также в области техники и материаловедения.

Читайте также:  Молитва на освящение всякой вещи

С 1921 года работает в системе Главэнерго, принимая участие в ГОЭЛРО, а в 1924 году выпускает в свет большую монографию о диэлектриках.

Совет

Его научную деятельность поддерживает Лев Троцкий, нагрянувший однажды в институт с визитом ревизии и поддержки, что, возможно, в будущем сыграло в судьбе Флоренского роковую роль.

Другое направление его деятельности в этот период – искусствоведение и музейная работа. Одновременно Флоренский работает в Комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры, являясь её учёным секретарём, и пишет ряд работ по древнерусскому искусству.

В 1922 году он издал за свой счёт книгу «Мнимости в геометрии», в которой при помощи математических доказательств пытался подтвердить геоцентрическую картину мира, в которой Солнце и планеты обращаются вокруг Земли, и опровегнуть гелиоцентрические представления об устройстве Солнечной системы, утвердившиеся в науке со времён Коперника. В этой книге Флоренский доказывал также существование «границы между Землей и Небом», располагавшейся между орбитами Урана и Нептуна.

Летом 1928 года его сослали в Нижний Новгород, но в том же году, по хлопотам Е. П. Пешковой, вернули из ссылки и предоставили возможность эмигрировать в Прагу, однако Флоренский решил остаться в России. В начале 1930-х годов против него была развязана кампания в советской прессе со статьями разгромного и доносительского характера.

26 февраля 1933 года последовал арест и через 5 месяцев, 26 июля, – осуждение на 10 лет заключения. Выслан по этапу в восточно-сибирский лагерь «Свободный», куда прибыл 1 декабря 1933 года. Флоренского определили работать в научно-исследовательском отделе управления БАМЛАГа.

Находясь в заключении, Флоренский написал работу «Предполагаемое государственное устройство в будущем». Наилучшим государственным устройством Флоренский полагал тоталитарную диктатуру с совершенной организацией и системой контроля, изолированную от внешнего мира.

Возглавлять такую диктатуру должен гениальный и харизматический вождь. Переходной, несоверешенной стадией в движении к такому вождю Флоренский считал Гитлера и Муссолини.

Работу эту он писал с подачи следствия в рамках сфабрикованного процесса против «национал-фашистского центра» «Партия возрождения России», главой которого якобы являлся сам о. Павел Флоренский, давший по делу признательные показания.

10 февраля 1934 года он был направлен в Сковородино (Рухлово) на опытную мерзлотную станцию. Здесь Флоренский проводил исследования, которые впоследствии легли в основу книги его сотрудников Н. И. Быкова и П. Н. Каптерева «Вечная мерзлота и строительство на ней» (1940).

Обратите внимание

17 августа 1934 года Флоренский был помещён в изолятор лагеря «Свободный», а 1 сентября 1934 года отправлен со спецконвоем в Соловецкий лагерь особого назначения.

15 ноября 1934 года он начал работать на Соловецком лагерном заводе йодной промышленности, где занимался проблемой добычи йода и агар-агара из морских водорослей и запатентовал более десяти научных открытий.

25 ноября 1937 года особой тройкой НКВД Ленинградской области он был приговорён к высшей мере наказания и расстрелян.

Похоронен в общей могиле расстрелянных НКВД под Ленинградом («Левашовская пустошь»).

Сообщённая родственникам официальная дата кончины – 15 декабря 1943 года – вымышлена.

Реабилитирован 5 мая 1958 года (по приговору 1933 г.) и 5 марта 1959 года (по приговору 1937 г.)

Семья Павла Флоренского:

В 1910 г. женился на Анне Михайловне Гиацинтовой (1889-1973). У них было пять детей: Василий, Кирилл, Михаил, Ольга, Мария.

Второй сын Кирилл – геохимик и планетолог.

Внуки:

Павел Васильевич Флоренский (р. 1936 г.), профессор Российского университета нефти и газа, академик Международной славянской академии наук, искусств и культуры, академик Российской академии естественных наук, член Союза писателей России, руководитель Экспертной группы по чудесам при Синодальной богословской комиссии РПЦ.

Игумен Андроник (Трубачёв) – директор Центра изучения, охраны и реставрации наследия священника Павла Флоренского, директор музея священника Павла Флоренского в городе Сергиев Посад, основатель и директор Музея священника Павла Флоренского в Москве.

Источник: http://stuki-druki.com/authors/Florensky.php

Флоренский павел александрович – древо

Статья из энциклопедии “Древо”: drevo-info.ru

Флоренский П.А.

Павел Александрович Флоренский (1882 – 1937), русский религиозный философ, ученый, священник, последователь В. С. Соловьева

Родился 9 января 1882 года возле местечка Евлах (сейчас это территория нынешнего Азербайджана). Отец – русский, инженер путей сообщения. Мать – из древнего армянского рода, поселившегося в Грузии. Крестили мальчика по настоянию отца в православной церкви в Тифлисе, имя дали в честь апостола Павла.

Семья, где, кроме старшего Павла, было еще шесть детей, жила замкнуто. О религии не говорили, в церковь детей не водили. Гимназию Павел окончил с золотой медалью. «Но все, что приобрел я в интеллектуальном отношении, – признавался он много позднее, – получено не от школы, а скорее вопреки ей.

Главным образом, я учился у природы».

В 17 лет Павел Флоренский пережил глубокий душевный кризис, когда вдруг ясно осознал ограниченность физического знания и понял, что без веры в Бога познание Истины невозможно. В 1904 году Флоренский блестяще оканчивает физико-математический факультет Московского университета.

Важно

Тогда же он знакомится с епископом Антонием (Флоренсовым), живущим на покое в Донском монастыре, и просит у него благословения на принятие монашества.

Но опытный старец советует молодому ученому не торопиться, а поступить Московскую Духовную Академию для продолжения духовного образования и испытания себя. Флоренский переезжает в Сергиев Посад и на многие годы связывает свою жизнь с Троице-Сергиевой Лаврой.

Он оканчивает Академию, затем в ней преподает. Пишет книги по философии культа и культуры. Здесь у него появляется семья, рождаются дети, здесь он становится священником (1911).

С сентября 1912 по май 1917 редактировал журнал «Богословский вестник».

В первые годы после революции работает в комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры. Незадолго перед закрытием Лавры и изъятием мощей преподобного Сергия, по благословлению патриарха Тихона, вместе с графом Юрием Александровичем Олсуфьевым, тайно скрыл честную главу святого.

После закрытия Лавры Флоренского как крупного ученого приглашают на работу в ВСНХ и в Главэлектро.

Здесь он делает ряд крупных научных открытий, разрабатывает теорию и практику применения полупроводников, создает особый вид пластмассы – карболит – которую стали называть «пластмассой Флоренского».

На службу в советские учреждения, не боясь недовольства властей, отец Павел ходит в священническом подряснике.

В 1928 году он был арестован, но вскоре отпущен.

В 1933 году он был снова арестован.

Отца Павла обвинили в организации якобы существовавшей монархической и фашистской партии. На следствии Флоренский признал, что он был в числе руководителей этой партии, был её идеологом, и тем самым значительную часть вины взял на себя, он себя оговорил.

Совет

Но в отношении других обвинявшихся он говорил на допросах, что они никакого участия в заговоре не принимали (а в списке у следователя таковых было почти 70 человек), что это мало к чему способные интеллигенты, которых “только собирались привлечь к контрреволюционной деятельности, но пока не успели” [1].

О. Павла приговорили к 10 годам лагерей и сослали на Дальний Восток.

Одна из духовных его дочерей, Т. А. Шауфус, ставшая секретарем президента Чехословакии Томаша Масарика и умершая в 1986 году в Америке, обратилась через президента Чехии с просьбой выезда отца Павла из СССР.

Разрешение на выезд было получено, при этом позволено было эмигрировать со всей семьей, но отец Павел отказался, и отказался дважды. На первое предложение он отозвался, ссылаясь на слова апостола Павла, что надо довольствоваться тем, что есть (Флп. 4:11).

А во второй раз он просто попросил прекратить какие-либо хлопоты, касающиеся выезда.

Сначала Флоренский попадает в научно-исследовательский отдел Бамлага, где изучает проблему строительства в условиях вечной мерзлоты (Через много лет, когда его уже давно не будет в живых, по его методу построят Норильск и Сургут).

В 1934 году отца Павла переводят на Соловки. Здесь он делает более десятка научных открытий, занимается добычей агар-агара и йода из морских водорослей.

«Умный йод» Павла Флоренского, который сегодня можно купить в любой аптеке, родом из Соловецкого лагеря особого назначения.

Расстреляли Павла Флоренского 8 декабря 1937 года. За полгода до этого он писал своей жене: “Жизненная задача – не в том, чтобы прожить без тревог, а в том, чтобы прожить достойно и не быть пустым местом и балластом своей страны…”

В 1959 году он был реабилитирован за неимением состава преступления.

В завещании своим детям отец Павел писал: “Старайтесь записывать все, что можете, о прошлом рода, семьи, дома, обстановки вещей, книг и т.д. Старайтесь собирать портреты, автографы, письма, сочинения печатные и рукописные всех тех, кто имел отношение к семье.

Пусть вся история рода будет закреплена в вашем доме и пусть все около вас будет напитано воспоминаниями”. Уже много лет внук отца Павла игумен Андроник (Трубачев) любовно и тщательно собирает документы, архивные материалы, свидетельства очевидцев о Павле Флоренском, публикует его работы.

А десять лет назад он создал в Москве музей своего деда священника Павла Флоренского.

На вопрос, почему отец Павел Флоренский не канонизирован Церковью, игумен Андроник (Трубачёв) отвечал так:

“В настоящее время позиция Комиссии по канонизации, которая поддерживается Священным Синодом, заключается в том, что человек, который признал себя виновным в несуществующих преступлениях, является лжесвидетелем.

Обратите внимание

То есть, то, что он признал себя главой несуществующей политической партии, и является его лжесвидетельством против самого себя. С этой позицией не согласно огромное количество людей.

Люди, прошедшие через лагеря и пытки, говорят, что это неправильно, что акты следователей и следственные дела не могут быть решающим аргументом в деле канонизации. Кроме того, отказ Флоренского выйти из лагеря – это пример христианского подвига.

Значение канонизации отца Павла было бы очень велико: священник, философ и учёный стал мучеником. Конечно, на Небесах пред Богом святые святы без канонизации. Но если говорить с точки зрения педагогики, то мы канонизуем тех людей, которые подают пример для нашей жизни и творчества. Много ли у нас святых, когда мы можем рассказать и об их семьях? Среди канонизированных основная масса – это монахи. Пример отца Павла важен тем, что убеждает: наука и религия, знание и вера не взаимоисключают, а дополняют друг друга” [1].

Сочинения

Центральные вопросы его главной работы «Столп и утверждение истины» (1914) – идущая от Соловьева концепция всеединства и учение о Софии, а также обоснование православной догматики, особенно триединства, аскетизма и почитания икон.

Религиозно-философская проблематика в последующем широко сочеталась у Флоренского с исследованиями в самых различных областях знаний – лингвистике, теории пространственных искусств, математике, физике.

Здесь он пытался совместить истины науки с религиозной верой, полагая, что первичным способом «схватывания» истины может быть только Откровение.

Основные произведения: «Смысл идеализма» (1914), «Не восхищение непщева» (Сергиев Посад, 1915), «Около Хомякова» (1916), «Первые шаги философии» (Сергиев Посад, 1917), «Иконостас» (1918), «Мнимости в геометрии» (1922).

Использованные материалы

  • Памяти отца Павла Флоренского (Телепрограмма, 12.08.06) (комментарий в свете веры) // Седмица.Ru
    • http://www.sedmitza.ru/text/406710.html
  • Философский энциклопедический словарь. – М.: Инфра-М, 1999, С.487.

[1]  Пущаев Юрий. Творчество отца Павла Флоренского было укоренено в Православии [Интервью с игуменом Андроником (Трубачёвым)] / Фома (13 декабря 2012 года), http://foma.ru/tvorchestvo-otcza-pavla-florenskogo-byilo-uko…

tml.

Источник: https://drevo-info.ru/articles/2524.html

Павел Флоренский. Флоренский Павел Александрович – Русский православный священник

Павел Флоренский родился 21 января 1882 года в Елизаветпольской губернии, небольшом местечке Евлах, Азербайджан. Его отец был русским инженером железной дороги, происхождение матери было связано со старинным родом карабахских армян.

     В 1889 году Павел, с золотой медалью окончив 2-ую тифлисскую гимназию, стал студентом Московского университета, физико-математического факультета. В студенческие годы знакомство с А.

Белым позволило ему войти в сообщество, где вращались Бальмонт, А. Блок, З. Гиппиус, Д. Мережковский, Брюсов. В этот же период он с интересом отнесся к учению В. Соловьева, изучал работы, написанные архимандритом Серапионом,- Машкиным.

Тогда же он впервые начал публиковаться в журналах «Весы» и «Новый путь».

Важно

     Епископ Антоний,- Флоренсов, благословил его после выхода из университетских стен на поступление в Московскую духовную академию при Троице-Сергиевой лавре. В эти годы у него возник замысел объединить светскую культуру и церковность, предпринять попытку синтеза научно-философского мировоззрения и церковных постулатов, а также искусства.

     Он начинает писать работу «Столп и утверждение истины», которая была готова в 1908 году и удостоена Макариевской премии. По окончании в этом же году академии Флоренский успешно защищает кандидатскую диссертацию. В 1914 году становится магистром богословия.

     В 1911 году Флоренского рукоположили в священники. Местом службы стала церковь Убежища сестер милосердия Красного Креста в Сергиевом Посаде, где он пробыл до мая 1921 года.

На протяжении 1912-1917 годов Павел Александрович, одновременно являясь профессором академии, читал лекции по истории, философии, а в 1912 году получил редакторский пост в академическом журнале «Богословский вестник».

    Революция 1917 года была воспринята Флоренским как своеобразный апокалипсис, но с точки зрения политики и философии его все больше привлекал теократический монархизм. Одно из направлений его деятельности в послереволюционный период биографии – это музейная работа и искусствоведение.

     Флоренский приложил немало усилий для того, чтобы убедить новую власть в огромной ценности Троице-Сергиевой лавры, работал в Комиссии охраны памятников и старины в качестве ученого секретаря. На протяжении 1916-1925 годов. его творческое наследие пополняется целым рядом религиозно-философских работ, в частности, «Очерки философии культа» – 1918, «Иконостас» – 1922.

     В этот же период Павел Александрович активизирует деятельность на поприще математики и физики. Он являлся профессором ВХУТЕМАСа, участвовал в создании и реализации плана ГОЭЛРО. В научных изысканиях его поддерживал Троцкий, и не исключено, что это обстоятельство стало одним из факторов дальнейших злоключений ученого-священника.

     В 1924 году им была написана крупная монография, посвященная диэлектрикам, и на протяжении 20-ых увидел свет целый ряд менее масштабных научных работ. Так, в 1922 году была опубликован труд научно-философского характера «Мнимости в геометрии». На протяжении 1927-1933 годов. Флоренский выступал редактором «Технической энциклопедии» и написал для нее большое количество статей.

Совет

     В 1928 году в его биографии имела место ссылка в Нижний Новгород, но она была короткой благодаря ходатайству Е. Пешковой. Флоренский принял решение остаться в России, хотя ему предоставлялся шанс стать эмигрантом и переехать в Чехию. В начале 30-ых в советских изданиях выходит целый ряд статей, направленных против Флоренского.

     В 1933 году 26 февраля его арестовали и 26 июля приговорили к 10 годам заключения. Отбывать их предстояло в лагере «Свободный» в Восточной Сибири. Прибывшему туда ученому предстояло влиться в научно-исследовательский отдел управления БАМЛАГа. 10 февраля 1934 г. новым местом пребывания стала опытная мерзлотная станция в Сковородино, где Флоренский занимался исследованиями.

     Павла Александровича 17 августа поместили в лагерный изолятор, а 1 сентября спецконвой доставил его в Соловецкий лагерь особого назначения, где с 15 ноября он работал на заводе йодной промышленности. Даже в таких тяжелых условиях Флоренский продолжал делать научные открытия – запатентовано их было более десятка.

     Особая тройка НКВД приговорила его 25 ноября 1937 года к расстрелу. Когда приговор был приведен в исполнение, неизвестно, но официальной датой смерти считается 8 декабря 1937 года. Похоронен Флоренский под Ленинградом на Левашовой пустоши в общей могиле. Посмертно был реабилитирован.

Источник: https://ruspekh.ru/people/item/florenskij-pavel-aleksandrovich

Павел Флоренский

Он мой герой. Этим сентябрем сравняется четверть века знакомству с работами Павла Александровича, а ясная радость нахождения ответа на вопрос, который терзал долгое время, звенит во мне, будто это случилось вчера.

Каждый переживал свои кризисы и вспомнит, что позволяло понять: “ты не жертва обстоятельств и людской злобы, по незнанию совершала ошибки; не вини себя, не вини других; встань и иди дальше – жизнь продолжается”.

В моем случае рукой друга, протянутой издалека, стала работа Флоренского “Имена”: Накренившийся мир со щелчком встал в пазы, а света в конце туннеля не понадобилось, потому что никакого туннеля не было. Бесстрастный счетчик ЛЛ доложил.

что приближается рецензия номер тыща, и не то, чтобы я придавала какое-то особое значение финтифлюшкам, но тысячный по счету текст хочу посвятить ему. Человеку, которым благоговейно восхищаюсь. Герою, подвижнику, ученому, изобретателю, священнику, наставнику, мужу и отцу, универсальному гению.

Решивших искать сведений о нем в Вике, предупреждаю: с Павлом Флоренским тот редчайший случай, когда обычно толерантную умницу-википедию хочется придушить. Такое ощущение, что автор статьи имел к ее герою личные счеты, для сведения каковых использовал народно-любимый ресурс.

Со страниц статьи на вас глянет клирик мракобес, отрицающий учение Коперника; воинствующий панславянист антисемит, убежденный в использовании евреями при отправлении религиозных обрядов крови христианских младенцев, идеолог тоталитаризма, оправдывавший Гитлера и Сталина, да к тому же и с сексуальной ориентацией у него что-то не то.

В общем – не бывает наказания без вины и поделом, что на Соловках шлепнули.

Люди,не верьте этой чуши, я прочла без малого восемь сотен страниц писем, писаных Павлом Александровичем в годы заключения и могу присягнуть перед любым самым высоким жюри – ни словом, ни намеком не возникает в них ни одна из помянутых в предыдущем абзаце тем.

Обратите внимание

Да, письма из мест заключения перлюстрировались, но не думаю, чтобы цензор стал вымарывать антисемитские высказывания, буде они сыскались бы, а уж тем более утверждения натива, что земля имеет форму чемодана, кабы он вздумал их высказать в личной переписке.

О личной переписке и чтении писем, не тебе адресованных. Да, я тоже считаю, что вторгаться в личное пространство человека некорректно, а потому оставляю на совести докучных читателей обсасывание скабрезностей, найденных ими в письмах Пушкина к Наталье Николаевне, но в случае писем Флоренского несколько иная ситуация.

Волею обстоятельств, письма к семье стали последним, самым обширным по объему; невероятным по всеохватности тем и разнообразию стилей трудом ученого, философа, писателя. И рассматривать их имеет смысл именно с этой точки зрения. Как творческое наследие, как завещание потомкам, квинтэссенцию жизненного и творческого пути.

В “Письмах” отразилось чрезвычайно сложное внутреннее устройство интеллектуальной и духовной жизни человека, стоявшего у истоков ленинского плана ГОЭЛРО и ратовавшего за защиту памятников истории; того, кто вынужденно, в местах отдаленных занимался изучением вечной мерзлоты и водорослей, совершив ряд изобретений, что по сей день используют.

Если хотя бы приблизительно попытаться оценить важность проделанной им работы, связанной с промышленным освоением водорослей, доход народного хозяйства исчислится миллиардами долларов. И это в условиях, нисколько не напоминающих оборудованную научную лабораторию, практически с нуля и на пеньке. А мог успеть много больше, только вот стране не нужны были универсальные гении.

С ними труднее, чем с серой посредственностью, знающей свой шесток.

Как-то я очень увлеклась народнохозяйственным пафосом и не сказала о том, что письма Павла Александровича к близким (большую часть времени заключения он имел право писать по четыре письма в месяц: три жене и детям и одно матери).

Детей у Флоренских было пятеро, старший сын Вася женился и стал отцом в годы отсутствия П.А. Так вот, в каждом письме он находил возможность поговорить с детьми на интересующие их темы, связанные с учебой, становлением личности, общим развитием.

По сути некоторые из них – это лекции по специальным разделам физики,химии, математики; узкоспециальным дисциплинам кристаллографии (Василий, Кирилл), фотографии (Ника), тригонометрии (Ольга), биологии и географии (Тика). Это потрясающе хорошо, с каждым говорится словами и на языке, понятном именно ему.

Важно

Меня ввергало в тихий ужас, смешанный с благоговением, обилие физических и химических формул, которых по малой своей образованности не могу разобрать.

Но когда речь заходит о литературе, музыке, живописи – письма Флоренского подлинный Клондайк для взыскующего знаний.

Четкие, емкие, ясные характеристики, продуманные до мельчайших деталей формулировки – краткий курс истории искусства и литературы. Таким он был. Требовательным к себе, нежным, любящим, заботливым.

Знаете, он и с Соловков находил возможность финансово помогать семье, отсылал деньги за изобретения.

.

Источник: https://www.livelib.ru/author/5866-pavel-florenskij

Священник, богослов, философ, ученый-энциклопедист Павел Флоренский

К 135-летию со дня рождения и 80-летию со дня смерти священника Павла Александровича Флоренского.

Удивительна и трагична судьба выдающегося русского мыслителя, ученого-энциклопедиста, священника Павла Александровича Флоренского, человека многосторонне одаренного. Его сравнивают с Леонардо да Винчи, Ло¬моносовым, Паскалем. А философ Н.А. Бердяев назвал его «человеком утонченной культуры». И не без основания.

Он оставил труды по философии, истории и теории искусства, тео¬рии языка, математике и физике, электротехнике, богословские иссле¬дования. В его трудах широко охвачены многие теоретические проблемы, нам¬ного опередившие время – лет на 50, как говорил сам ученый.

Уже в начале прошлого века он пришел к идеям, которые позднее стали основополагающими в кибернетике, теории искусства, семиоти¬ке. И это не все.

Флоренский был поэтом-символистом, произведения которого появлялись в журнале «Весы» и выходили отдельным изданием, одаренным астрономом, прекрасным музыкантом, проницательным поклон¬ником Баха, Бетховена и Моцарта.

Павел Александрович был полигло¬том, в совершенстве владевшим латинским, древнегреческим и большинством современных европейских языков, а также языками Кавказа, Ирана и Индии.

Уникальность Павла Александровича Флоренского состоит в том, что он стремился синтезировать знания в самых различных областях, представить мир во всеохватном единстве. И свою жизненную задачу видел как «проложение путей к будущему цельному мировоззрению».

Нередко его упрекали в интеллектальном аристократизме, элитарности. Возможно, для этого были основания. Но все же прежде всего он был священником. Садился ли он за богословский или научный труд, он надевал епитрахиль и поручи.

Павел Флоренский исповедовал и причащал умиравшего на его руках в 1919 г. В.В. Розанова, венчал в 1922 г. А.Ф. Лосева.

Совет

До ареста отца Павла окружали в основ¬ном люди «утонченной культуры», но вскоре ему суждено было стать лагерным батюшкой, достойно пронесшим свой крест до конца.

Павел Флоренский 1923 год

П.А. Флоренский любил свою семью, свой род, свою Родину – вели¬кую и несчастную Россию. И нам, детям русской духовной культуры, он оставил богатейшее наследие, о котором только начинает склады¬ваться самое общее представление.

В статье будут обозначены лишь некоторые вехи его биографии и особо выделены те из них, которые характеризуют его неуемную жажду знаний.

Родился Павел Александрович Флоренский 9/22 января 1882 г. возле местечка Евлах на западе нынешнего Азербайджана, где его отец – инженер-путеец – строил тогда Закавказскую железную дорогу.

Родословная отца уходит в русское духовенство; мать же принадлежала к старинному и знатному дворянскому роду.

Детские годы Павла Флоренского прошли в Грузии, где он учился во 2-й Тифлисской классической гимназии, которую окончил в 1900 г. с золотой медалью.

Он был твердо убежден, что кавказское детство и кавказские корни, впечат¬ления от природы края оказались решающими для формирования его личности и философских воззрений.

Действительно, поэтическое понимание окружающего мира, страсть к знанию были свойственны П.А. Флоренскому с первых шагов его жизни. Он был наделен редкой остротой восприятия, и подходил к природе с пытливостью естествоиспытателя. В каждом явлении он старался уловить скрытый, сокровенный смысл.

Обратите внимание

Прекрасно обо всем этом написал сам П.А. Флоренский в автобиографическом очерке «Пристань и бульвар». И прежде всего о море, которое он постоян¬но и ненасытно созерцал в свои детские и отроческие годы.

На его берегу он чувствовал себя «лицом к лицу перед родимой, оди¬нокой, таинственной и бесконечной вечностью».

Впечатления от безбрежной свободной стихии остались у него на всю жизнь, в душе его постоянно стоял зов моря, рассыпчатый звук прибоя, беско¬нечная, самосветящаяся поверхность, соленый и провеянный йодом воздух, бесконечное разнообразие красок.

Позже он сравнивал голоса моря, ритм прибоя с рядами Жана Фурье и математическими построениями Готфрида Лейбница; прибой слышался ему в знаменитых ростовских звонах, в набегающих и отбегающих ритмах баховских фуг и прелюдий. Более того, всматриваясь в самого себя, Флорен¬ский открывал в ритме внутренней жизни, в звуках, наполняющих сознание, эти навеки запомнившиеся ритмы волн.

И эта черта, это сочетание науки и поэзии проявлялись у П.А. Флоренского даже в самых-самых серьезнейших трудах. Поразитель¬но, что в своих искусствоведческих работах он использовал мате¬матический аппарат.

Так, исследование, посвященное природе ико¬нописи и живописи – «Обратная перспектива» предваряют теоремы и теории множеств, что в начале XXI в., когда он это сочинял, бы¬ло совершенно новой областью математики.

А работа «Мнимости в ге¬ометрии» будто специально писалась, чтобы ввести в строгую матема¬тику поэтическую образность.

Интенсивное общение с природой переходит у П.А. Флоренского в пылкое увлечение естественными науками; любимым его писателем, кстати, одним из первых им самостоятельно прочитанных, становится И.-В. Гете, который был его «умственной пищей».

Важно

Его охватывает жаж¬да знания, он в полном смысле слова упивался познанием тайны, отдавая этому все время и внимание. Содержанием всей его внутренней жизни становятся мысли, всегда бурлившие и горевшие, интеллекту¬альное волнение.

Много «поводов к трепету» давало ему чтение русского журнала «Природа и люди» и французского Nature, который семья выписывала со времени его основания Гастоном Тиссандье в 1872 г.

По собственному признанию философа, его волновали са¬мые разнообразные вопросы: поющие пески, пещеры с нависающими сталактитами и торчащими снизу сталагмитами, гейзеры, млечные пути и туманные пятна, бесконечно малые и бесконечно больше.

К прочитанному из книг и журналов добавлялись рассказы отца, который часто приходил вечером в спальню к сыну, чтобы поговорить с ним. Круг тем очень обширный.

Это путешествия Ливингстона, Стенли или Кука, дикие народы, каменный и бронзовый век, канто-лапласовсякая гипотеза мирообразования, основы термодинамики, волновая теория звука и света, гипотеза Дарвина.

Фото Павла Флоренского из следственного дела

О круге чтения П.А. Флоренского мы можем судить по его «Воспоминаньям прошлых дней», которые он адресовал своим детям.

В самом ран¬нем детстве Павел, еще до того, как он овладел грамотой, он поз¬накомился с художественными произведениями. На первом месте здесь оказался А.С. Пушкин. Романс М.И.

Глинки на его стихотворение «Я пом¬ню чудное мгновение» Флоренский знал, по его собственным словам, «с пеленок».

Музыку он любил самозабвенно, неистово, она потрясала все его существо.

Совет

Павел Александрович обладал почти абсолютной памятью; все привлекательное для него он запоминал с одного раза, особенно это относилось к стихам. Сказки Пушкина, многие его поэмы и стихи он мог декламировать наизусть часами, а когда научился читать, не расставался с едва ли не первой из прочитанных им книг – со¬чинениями Пушкина.

Основательную подготовку получил Павел во время домашних занятий по многим предметам, чтобы поступить в гимназию. Родители пригласили нескольких наставников, которые изучали с ним геоло¬гию, минералогию, химию, ботанику, латынь и французский язык. В 1892 г. П.А. Флоренский поступил во 2-ю Тифлисскую классическую гимназию – первоклассное учебное заведение того времени.

В гимназии у Флоренского в возрасте 15–16 лет вполне сложи¬лось научное отношение к миру, он стремился понять законы природы. Физика, отчасти геоло¬гия и астрономия, а также математика были теми предметами, над которыми он сидел с настойчивостью и страстью. Это были не только занятия, а «скорее напоминало усилия Атланта, держащего небесный свод».

Уже тогда П.А. Флоренский прочитал много книг первоклассных деятелей физики. Их содержание было им почти заучено наизусть. Вслед за своим «обожаемым Майклом Фарадеем» он завел свой жур¬нал «Экспериментальных исследований». Каждый вечер он вносил в него свои наблюдения над природой, новые данные физического или геологического характера, взятые из прочитанных книг.

В своих «Воспоминаньях прошлых дней» П.А. Флоренс¬кий приводит обширный перечень литературы, которую он тщательно изучал. Это толстые многочисленные тома по электричеству и маг¬нетизму французского ученого А.

Беккереля, «Курс наблюдательной физики» профессора Петербургского университета Ф.Ф. Петрушевского, учебник Д.И. Менделеева «Основы химии», «Физическая геология» И.В. Мушкетова, «Геология. Общий курс» А.А.

Иностранцева.

Постоянными спутниками всей жизни Флоренского, начиная с гимназических лет, были всевозможные энциклопедические словари на всех языках.

Вместе с тем, как писал Павел Флоренский, «шло большое по объему чтение художественное, философское, историческое». Он добавляет, что читал очень много, «выхватывая из книги все то, что ему было нужно».

Обратите внимание

К этому времени относится и публикации первой научной ра¬боты Флоренского «Об электрических и магнитных явлениях Зем¬ли». Она увидела свет в Тифлисе в 1899 г.

Казалось, что все складывалось как нельзя лучше: отличные ус¬пехи в гимназии, серьезное чтение научных и художественных книг, общение с природой, ученые беседы с отцом. И вдруг в последнем клас¬се гимназии П.А. Флоренский пережил духовный кризис, он по¬нял ограниченность и относительность физического знания.

Первым его порывом было стремление уйти в народ, отчасти под влиянием чтения Л.Н. Толстого, потом – принять постриг. Родители настояли на продол¬жении образования. Он поступает на физико-математический факультет Московского университета. И здесь он с жадностью впитывает знания.

Помимо занятий математикой и физикой, он посещает лекции по фило¬софии, самостоятельно изучает историю искусств.

Павел Александрович знакомится с символистами, завязывает друж¬бу с Андреем Белым, пишет статьи для журналов «Новый путь» и «Весы». Огромное влияние на него оказал в те годы один из основателей Мос¬ковского математического общества Н.В. Бугаев (отец Андрея Белого). В это общество входили выдающиеся ученые-астрономы Ф.Л. Бредихин и В.А. Цангер, математик П.

Л. Чебышев, основатель современной аэро¬динамики Н.Е. Жуковский. Они считали, что поискам миросозерцания может помочь наука, ориентированная на математику. Для П.A. Флоренского эти идеи открыли необозримые перспективы философско¬го творчества. Ему казалось, что философия превратится в строгую науку, о чем мечтали поколения математиков, начиная с Пифагора.

Университет Павел Флоренский закончил с дипломом I степени, но нео¬жиданно он отказывается от предложения остаться на кафедре. Молодой человек поступает в Московскую духовную академию, желая, как он писал, «произвести синтез церковности и светской культуры».

Важно

И годы вто¬рого студенчества были наполнены напряженными занятиями, глубоким изучением самых разных дисциплин – философии, филологии, истории религии. Успехи его были так значительны, что уже на IV курсе он был избран на кафедру истории философии; предварительно ему поручили прочитать две пробные лекции – одну о Платоне, другую о Канте.

Лекции его и семинары в академии были посвящены истории мировоззрения, параллельно он преподавал математику и физику.

Лектором Павел Александрович был превосходным. Один из его учеников А.

Волков вспоминал, что в нем не было ни величественности позы и жеста, ни эффектного звучания голоса, ни витийственной плавности фраз, речь лилась будто изнутри, не стремясь к нарочитой красивости, она была прекрасной по своему органическому единству.

В его лекциях было некое магическое обаяние, он читал так, что словно мыслил вслух. Особенно пленили студентов лекции о Платоне. «Я выходил с лекций опьянен¬ным, – пишет далее этот ученик, – чувствуя и себя причастным в какой-то мере к этой поистине божественной жизни.

Раскрывались глаза на мельчайшие детали ок¬ружающего мира природы и людей, прекрасное начинало сиять и лас¬кать своей просветленной ясностью, зло постигалось как тень, как отсутствие прекрасного. Зло переставало угрожать. Оставаясь в мире, оно не делало человека безнадежным и беспомощным».

Философы (Флоренский и Булгаков) Фрагмент картины Нестерова, 1917

В 1911 г. Павел Флоренский был рукоположен во священники. В 1912 г. назначается редактором академического журнала «Богословский вестник».

Здесь, в Московской духовной академии, у П.А. Флоренского возник замысел фундаментального труда, книги «Столп и утверждение Истины», цель которой – осмыслить и выразить тот путь, что привел автора в мир христианского умозрения и православной церковности.

Но содержание труда глубже и значительнее, он интересен не только как оригинальное религиозно-философское сочинение. «Столп» – своеобразная энциклопедия человеческого знания в самых разных областях. Вот почему он стал явлением в русской культуре.

И по тематике, и по форме изложения, и по внешнему оформлению книга неповторима.

Автор демонстрирует в ней почти «сверхчеловеческую эрудицию», блестящие знания в области философии, теологии и математики; философские выводы он подкрепляет фактами из области медицины, психопатологии, фольклора и лингвистики, обращается к математической логике, а порой цитирует поэтические произведения. Страницы труда написаны рукой талантливого писателя – ярко, образно, лирично.

Совет

Чрезвычайно емко и образно раскрыл эрудицию философа С.А. Волков (1899–1965), преподаватель МДА: «Столп» Флоренского – узорчат и энциклопе¬дичен.

Здесь можно увидеть христианское учение, начиная с первоисточника – Библии, творения отцов к учителям Церкви, и сред¬невековую схоластику и мистику, новейшее богословие вплоть до католических «неотомистов» и «модернистов» и русских богоискате¬лей, философов-«путейцев»… А рядом – тяжеловесные и не всегда прием¬лемые плоды науки, поскольку Флоренский не игнорировал и ее тучных пажитей и огородов, и даже сады мыслителей и поэтов с их пахучими и столь «ядовитыми» по христианскому мнению цветами».

О том, какое обилие источников использовал автор для своего «Столпа», можно судить по примечаниям, которых в книге более тысячи. При выяснении смысла и происхождения одного лишь слова «бла¬женство» П.А.

Флоренский ссылается на два десятка источников. Это Плутарх, Евстафий, Шеллинг, Гомер, Изихий, Библия, Даль, Гегель, Бергсон, Тейхмиллер, блаженный Августин, святой Василий Великий, Эсхил, Мережковский, Филарет Московский, святой Климент Римский.

А сам текст занимает всего шесть страниц.

«Столп и утверждение Истины» перерабатывался автором четыре раза и вышел в свет в начале 1914 г. в издательстве «Путь». П.А.Флоренский тщательно продумал оформление своего труда.

Краски, которыми напечатана обложка, были подобраны Флоренским по рецептам древних софийских икон, новгородской школы; каждой главе предшествует аллегорическая виньетка, заимствованная из книги петровского времени «Символы и эмблименты».

Помимо этого книга изобилует схемами, рисунками и репродукциями.

«Столп» принес автору заслуженную славу и вызвал много откликов. Книгу называли «единственной в мире», которая «прой¬дет веков волнующую даль», «выдающимся явлением в современной русской религиозно-философской культуре», произведением «недюжинного таланта».

Игумен Андроник (Трубачев) установил, что в разное вре¬мя «Столп» изучали богословы (архиепис¬коп Феодор (Поздеевский), митрополит Антоний (Храповицкий), прото¬иерей Георгий Флоровский), философы (Е.Н. Трубецкой, Н.А. Бердяев, В.В. Розанов), поэты (В.И. Иванов, Андрей Белый, А.А. Блок), ученые (Н.Н. Лузин, Д.Ф. Егоров, В.И. Вернадский), художники (М.В.

Нестеров, В.А. Фаворский, И.С. Ефимов), скуль¬птор А.С. Голубкина, пианистка М.В. Юдина.
После октября 1917 г. П.А.Флоренский продолжает свою нап¬ряженную творческую деятельность, несмотря на многие трудности и открытую травлю в большевистской печати. Работоспособность его по¬разительна. Уже в 1918 г. он готовил к печати собрание сочинений в 19 томах.

Круг его обязанностей был чрезвычайно широк. В течение трех лет он работает в Комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры и одновременно пишет работу «Троице-Сергиева Лавра и Россия». Преподает во ВХУТЕМАСе и пишет труд «Обратная перспек¬тива».

В обстоятельном исследовании «Мнимости в геометрии» он предвосхитил то, что в физике наших дней называют антимиром. Не оставляет и занятия философией, готовит капитальный труд «У водоразделов мысли». А параллельно, с перерывами, на протяжении девяти лет пишет воспоминания.

К этому времени относится и начало его инженерной деятельнос¬ти. Он участвует в подготовке плана ГОЭЛРО, работает в Главэлектро ВСНХ, изучает электрические поля и диэлектрики, в результате чего появляется его монография «Диэлектрики и их применение в технике».

Он читает доклады во Всероссийской ассоциации инженеров и редактирует «Техническую энциклопедию».

Обратите внимание

Жизнь этого выдающегося ученого-энциклопедиста, человека великих дарований оборвалась трагически. Он прошел тюрьмы, ла¬геря, печально-знаменитые Соловки, где и был расстрелян 8 де¬кабря 1937 г.

Репрессии против ученого не пощадили и его уникальную биб¬лиотеку.

Узнав об этом в лагере, Флоренский писал начальни¬ку БАМлага ОГПУ в 1934 году: «При осуждении моем, бывшем 26 июля 1933 года… конфиска¬ции имущества не было, и поэтому изъятие моих книг и результа¬тов моих научных и философских работ, последовавшее около меся¬ца тому назад, было для меня тяжелым ударом… уничтожение результатов работы моей жизни для меня гораздо хуже физической смерти».

Алексей Глухов

Источник: http://pokrov.pro/svyashhennik-bogoslov-filosof-uchenyj-enciklopedist-pavel-florenskij/

Ссылка на основную публикацию